d3c87086

Валентинов Андрей - Волонтеры Челкеля



sf_history Андрей Валентинов Волонтеры Челкеля Тайный приказ адмирала Колчака и не менее секретное распоряжение большевистского руководства, связанные с самой большой тайной бывшей Российской Империи, невероятным образом переплели судьбы главных героев романа — белогвардейского офицера Ростислава Арцеулова и красного командира Степана Косухина. Трудный путь из морозной Сибири в далекий Китай.

Сопротивление врагов — людей и нелюдей. Помощь друзей — живых и мертвых. И неожиданный финал, оборачивающийся началом нового витка фантастической истории.
ru ru Roland ronaton@gmail.com FB Tools 2005-08-07 BC252F84-144E-46AC-979D-EE5737E78AE3 1.0 Волонтеры Челкеля АСТ Москва 1996 5-7921-0084-5 Андрей Валентинов
Волонтеры Челкеля
— Прежде чем мы начнем говорить о делах, не могу не выразить восхищения вашей настойчивостью. Наверно, добраться сюда было нелегко.
— Насколько я понимаю, Агасфер, эти слова должны означать, что вы не потеряли столь памятного нам всем чувства юмора. А смеяться, собственно, не над чем. Иного способа связаться с вами у нас не оставалось. Вы же не желаете выходить на связь…
— Не желаю. Все, что могли, мы уже сказали друг другу.
— Вы ошибаетесь…
— Я добирался к вам через Сибирь. Сейчас там ад. Вы сидите тут, экспериментируете…
— Спокойнее, мой друг, спокойнее… Вы, я вижу слишком вжились в роль ходока.
— В чью роль?
— Ах да, вероятно, вы учили язык по старым пособиям. Это неологизм. Так называют представителей местного населения, которые совершают длительные путешествия, надеясь найти истину. Приходится порой их принимать.

Они очень забавны… Я хорошо знаю, что происходит сейчас в Сибири. Кстати, через несколько часов у меня как раз заседание, где будем обсуждать круг проблем, связанных именно с этим, так вам запомнившимся регионом…
— Заседание? Вашего синедриона?
— Как? Ах да, у вас, помнится, тоже есть чувство юмора. Ну, пусть будет синедрион, хотя вам неплохо бы выучить здешние названия.
— Не надо, Агасфер. Я прекрасно знаю, чем совет народных комиссаров отличается от синедриона. Поверьте, мы знаем не только это…
— Прикажете понимать, как намек о возможном разоблачении?
— А вы не боитесь?
— Помилуйте! Да меня здесь уже не первый год именуют куда похлеще. Я и немецкий шпион, и агент мирового еврейства, и масон.

Один мой коллега всерьез считает меня марсианином. Ваша, так сказать, версия, будет выглядеть весьма бледно… Но к делу. Можете не затруднять себя уговорами.

Вы, вероятно, уже догадались о моем ответе?
— Это нетрудно. Вы скажете, что наша многолетняя болтовня не сделает людей счастливее, что мы все трусы, испугавшиеся реального дела…
— Помилуйте, когда же я так выражался?
— Дело не в тоне, а в сути… Вы считаете, что перед вами уникальный шанс ускорить и исправить человеческую историю, и ради этого можно пойти на определенные — кем определенные, Агасфер? — жертвы. И что ваши временные, так сказать, союзники в дальнейшем будут нейтрализованы, а утопические идеи — скорректированы. И что без вашего вмешательства крови пролилось бы значительно больше…
— Именно так. В последнюю войну здешние аборигены пролили ее во много раз больше. И ради чего? Между прочим, первым делом мы эту войну прекратили…
— Чтобы развязать новую! Знаете, Агасфер, в теории у вас все получается достаточно стройно…
— Поверьте, на практике тоже.
— Тогда почему под вашими знаменами воюют силы враждебные не только цивилизации, но и тому миру, к которому мы с вами относимся? А среди ваших врагов — все, что осталось в этой стране здоровог



Назад