d3c87086

Валентинов Андрей - Нарушители Равновесия (Ория - 1)



Валентинов А.
Ория: Нарушители равновесия
Пролог
Деревянный идол, когда-то срубленный нечестивой секирой и брошенный наземь,
лежал в густой высокой траве. В неярком свете костра, горевшего на поляне, он
казался тушей морского чудовища, вынесенного на берег волнами. Деревянная
личина, разрубленная крест-накрест, злобно щурилась сквозь темноту, словно
пытаясь разглядеть тех, кто посмел нарушить ночной покой старого заброшенного
святилища. Но даже более зоркие глаза едва ли могли помочь - пришедшие в это
недоброе место старались держаться подальше от огня. Да и сам костер горел
странно - ровно, без обычного треска сучьев. Поздние гости сидели на поляне уже
не первый час, но никто не Думал подбрасывать дрова, хотя старого хвороста было
хоть отбавляй - костров здесь не разводили уже много лет. Но огонь все же горел
- высоко, невозмутимо, и время от времени сквозь красноватое пламя прорывались
темные малиновые языки.
Разговор стих, гости сидели молча, не двигаясь. Лица и одежду скрывала темнота.
Можно было лишь догадаться, что на обоих надеты плащи - почти одинаковые,
темные, только у одного из гостей на голову наброшен капюшон, закрывавший лицо.
Тот, кто был без капюшона, казался моложе, хотя и ему уже явно перевалило за
пятый десяток. Впрочем, годы не тронули гордую осанку, сильный разворот плеч -
казалось, человек сидит на троне, а не на обычном полусгнившем бревне. Его
сосед, напротив, слегка сутулился, а его узкие длинные руки явно не находили
себе места, то падая на колени, то сцепляясь на груди. Впрочем, в остальном и он
выглядел абсолютно спокойным, хотя очень немногие могли чувствовать себя в покое
рядом с его широкоплечим спутником.
Внезапно ночную тишину, нарушаемую только далеким уханьем филина, которому тоже
не спалось в эту ночь, прорезал резкий злой вой. Зашелестели кусты - осторожный
ночной житель предпочел снастить бегством в поисках более безопасного укрытия.
Даже филин умолк, решив переждать опасную минуту. Вой повторился - кто-то, кому
было тоже не до сна, подошел совсем близко.
- Волк? - лениво, словно нехотя, поинтересовался тот, кто был помоложе.
Его спутник не ответил, голова, укрытая капюшоном, смотрела куда-то в сторону.
Снова вой - теперь совсем рядом. Тень, еще более черная, чем затопившая лес
темнота, стала медленно проступать на дальнем краю поляны.
- Не волк,- голосом, в котором проснулось любопытство, констатировал
широкоплечий,- кажется, что-то похуже.
- Похуже,- нехотя, причем без малейшего интереса, отозвался его молчаливый
сосед.- Их в этом году много...
Разговор прервался. То, что стояло на краю поляны, время от времени посвечивая
зелеными огоньками глаз, похоже, совершенно перестало интересовать ночных
гостей.
- Ты хотел меня видеть, Патар,- вновь заговорил широкоплечий. Теперь тон был
другим - властным и даже суровым.
- Да,- все так же нехотя отозвался его спутник,- хотел, Светлый...
Послышался смех - негромкий, почти злой.
- Не прошло и двадцати пяти лет, о Великий Патар!
- Двадцать два, о Светлый Кей,- столь же равнодушно откликнулся Патар,- это
небольшой срок...
Вновь послышался смех, хотя тому, кого назвали Светлым, было явно не до веселья.
- Совсем маленький! Что за срок для двух друзей, которые...
Он не договорил. Широкая ладонь резким движением разрубила воздух.
- У Великого Патара, Отца рахманов, не бывает друзей,- тихо и печально ответил
его собеседник.- Как не может быть друзей у Светлого Кея. У одного есть ученики,
у другого - слуги. Друзья



Назад