d3c87086

Валентинов Альберт - Маэстро



Альберт Валентинов
"Маэстро"
Времени до начала конференции оставалось в обрез, но Платон не
воспользовался гравикаром. Раньше эти аппараты были оборудованы пультами
управления: набрал индекс по карте города, ткнул пальцем в кнопку и лети.
Теперь гравикары управляются биотоками мозга и требуют целеустремленного
мышления. Платон же был страшно рассеян. Мысль его работала скачками, прыгая
с предмета на предмет, и искусственный мозг буквально закипал, не в силах
разобраться в хаосе пиков и провалов, вычерчиваемых осциллографами. В конце
концов, срабатывал блок самозащиты, машина приземлялась и категорически
отказывалась следовать дальше. Дошло до того, что некоторые гравикары
запомнили его и просто-напросто не открывали дверь... Нет, что там ни
говорят об устарелости и допотопной медлительности автомобилей, насколько же
они надежнее всех этих новинок.
Щурясь от весеннего солнца и тщетно обшаривая карманы в поисках темных
очков, Платон прошел мимо двух свободных гравикаров и нажал кнопку вызова на
оранжевом столбике у края тротуара. Через минуту низкая серая "черепаха"
опустилась на мостовую. Он вошел в предупредительно распахнувшуюся дверь, и
тотчас под полом приглушенно взвыли моторы. Накачав воздушную подушку,
машина скользнула вперед.
Платон опустился на пневматическое сиденье, уперев колени в круглый
столик посредине кабины, и в который уж раз попытался предугадать, каким
именно аргументом сразит его профессор Степанов. А что у того заготовлен
неожиданный козырь, он не сомневался.
Психология роботов - тонкая вещь. Тонкая и опасная, как бритва, если с
ней неумело обращаться. Страшен ум беспощадный, прямолинейно логичный,
лишенный каких бы то ни было эмоций. Его следует держать в строго
ограниченных степенях свободы. Но не страшнее ли этот же ум раскованный,
неограниченный в саморазвитии, способный оценивать свои и чужие поступки не
только с точки зрения рационализма? Ведь как ни приближай чувственный
комплекс роботов к человеческому, они как те математические кривые, которые
вечно сходятся и никогда не сольются.
Профессор будет оракулоподобно вещать эти прописные истины, не подкрепляя
их ни единым фактом. Да эти истины и не нуждаются в фактах именно потому,
что они прописные. И козырь, который он приберег, это, несомненно,
неожиданный логический выпад, блестящий силлогизм, столь же очевидный и
столь же неверный, как утверждение, что Солнце вращается вокруг Земли.
А Платон отстаивает другую точку зрения. Почему мы так пугаемся этих
слов: "эмоциональный робот"? Пусть способы мышления человека и робота
неодинаковы, но ведь основаны они на единых логических законах,
отталкиваются от единой реальности, поскольку и люди и роботы живут на
Земле... Да, мы, конечно же, используем машинный разум. Но в полной ли мере?
Используем там, где нужны сухой расчет и строгая логика умозаключений. И...
самозабвенно мучаемся сами, когда речь заходит о новых формах в архитектуре
или, скажем, оригинальных фасонах женских костюмов. Эти добровольные мучения
по старинке называют творчеством. Считается, что они доставляют человеку
высшую радость бытия - радость созидания. А кто-нибудь подсчитал, сколько
часов, дней, жизней уносят ежегодно у человечества эти самые радости
созидания?
Так размышлял Платон, готовясь высказать заветные свои мысли на
конференции. Доклад, конечно, встретят в штыки. Еще бы, оскорбленное
самолюбие; легко ли признать, что машины могут заменить человека и в сфере
его творческих исканий? Да и



Назад